дневник капельки позитива
хахахаха
Привет, Гость
  Войти…
Регистрация
  Сообщества
Опросы
Тесты
  Фоторедактор
Интересы
Поиск пользователей
  Дуэли
Аватары
Гороскоп
  Кто, Где, Когда
Игры
В онлайне
  Позитивки
Online game О!
  Случайный дневник
BeOn
Ещё…↓вниз
Отключить дизайн


Зарегистрироваться

Логин:
Пароль:
   

Забыли пароль?


 
yes
Получи свой дневник!

дневник капельки позитива > Изюм (записи, возможно интересные автору дневника)


кратко / подробно
Сегодня — понедельник, 10 декабря 2018 г.
Кишо Арима Ты с обречённым вздохом... Анж Дембери 10:18:53
 Кишо Арима


Ты с обречённым вздохом опустила голову, держа её на ёмкости стакана. В голове предательски слышался его голос, обволакивающий своей обманчивой мягкостью, следом обещание прийти, отыгранное в твоём воображение точь-в-точь как в тот день, будто ты слышала его слова прямо сейчас, наяву, не в потоке обидных мыслей. Ты мысленно повторяеешь его слова, искажая в своём воображении и перечёркивая чёрными линиями его приторную улыбку, ставшую в один момент отвратной.
"Обманщик! Лгун! Предатель! Как он мог так поступить со мной?! Никогда не прощу ему этого! Оставался бы и дальше со своим чёртовым Хайсе, а не вешал мне лапшу на уши. Никогда бы не подумала, что он такой ужасный и лживый человек!".
Перед глазами вертелся калейдоскоп теплившихся надежд, которые внезапно обратились разом в отвратительное ничто. В одно мгновение тебе стало противно от мысли, что ты потратила весь день на создание праздничной атмосферы для одного-единственног­о человека, который плюнул тебе в раскрывшуюся с трепетом душу, ожидавшую получить взаимность. Арима не пришёл на вечеринку в честь Рождества, задержавшись у Хайсе. Рядом с тобой были только Таке, Уи, Хаиру и дети из Нулевого отряда, но они не могли принести тебе радость.
Небо было чёрным, беззвёздным, пустым, как твоя душа. Изредка под его мрачным покрывалом пролетал холодный ветёр, нёсший за собой крупные хлопья снега, как это бывает в метель. По твоей коже будто прошёлся ледяной ток. Ты могла бы стоять вечность на улице, ища ответы в темноте, но было уже слишком холодно; ты понимала, что твой организм не выдержит такой нагрузки. Однако даже дома, где ютилось тепло от камина, ты всё равно чувствовала себя обнажённой на морозе. Но когда ты попыталась закрыть дверь без упования на то, что придёт кто-то ещё, твоя попытка окончилась поражением: ты наткнулась на сопротивление в виде чёрного ботинка, который держал дверь открытой. Подняв недоумённый взгляд на незванного гостя, ты опешила.
Неожиданное появление Аримы, о котором ты уже и не думала мечтать, повергло тебя в неописуемый шок. Опьянение саке частично улетучилось, будто его и не было. Вы неподвижно смотрели друг на друга, пока замеревшее на миг время не выпустило вас из своего течения. Обида, доселе пожиравшая тебя изнутри, противилась возгласу радости, трепеща от злости и желания влепить ему звонкую пощёчину за причинённые страдания. Сжатые кулаки горели, чтобы со всего размаха ударить его, стерев невинную улыбку с лица следователя, непредвещающую раскаяние за содеянное. Хотелось залиться слезами, кричать на него в истерике, обвинять его в своих страданиях, бить кулаками в грудь, вопя о том, что он глупый, эгоистичный и бесчувственный человек, который никогда не задумывался о твоих чувствах. Но вместе с тем, вопреки глубокой злости, ты чувствовала, как сердце готово было выскочить из груди. Как улыбка, заставившая тебя содрагнуться от презрения, одновременно вызвала перед твоими глазами цветные пятна и окатила тело жаром. Смешавшиеся в одно целое чувства подталкивали тебя с порывом ударить его, а затем тут же прильнуть к нему и пылко извиняться за содеянное, глася на весь дом о безграничной радости от его появления и о том, как он дорог тебе, как всё меркнет по сравнению с тем, что тебя окружает, как ты жалеешь о том, что посмела проклинать его в своих мыслях и прятать свою любовь за внезапно возникнувшей ненавистью. Но вместо того, чтобы поддаться противоречивым эмоциям, грозящим вырваться в нелепое представление, ты сдержанно улыбнулась.
- Ну приветик, Арима-сан. Я уже и не думала, что Вы придёте. Вообще, мы все отчаялись увидеть Вас здесь.
- Прости за опоздание, (Твоё имя), - он виновато улыбнулся. - Не думал, что настолько задержусь.
- Ох, ну если у Хайсе было настолько хорошо, то могли бы уж до конца задержаться, а не приходить сюда, - иронично сказала ты, не сумев унять бушующую ревность. Но следом молнией метнулись обвиняющие тебя длинном языке мысли, советующие утихнуть в этот долгожданный момент, который ты решила самостоятельно испортить своей грубостью.
Арима терпеливо вздохнул, прикрыв веки.
- Я ведь сдержал своё обещание, верно? Даже если бы я задержался ещё сильнее, я бы всё равно пришёл к тебе, потому что знаю, что для тебя это важно. Уверен, ты хорошо постаралась над подготовкой праздника, - он приподнёс эти слова, как утешение, как успокоительное - настолько сочувствующе и осторожно они звучали, будто он боялся выдать лишнее, что могло бы ещё больше пробудить агрессии в тебе.
- Настолько, что даже выгнала из своего дома пауков-долгожителей­, которым уже собиралась дать имена. Но наверняка Хайсе подготовился лучше, раз Вы отошли от эйфории пребывания там только сейчас, - продолжала разбрызгивать ядом, наполненной глубокой обидой, твоя уязвлённая гордость. Тебе хотелось ударить себя по губам, горящим в жажде высказать всё недовольство сложившейся ситуацией, но ты продолжала упрямо пепелить Ариму порицательным взглядом, которым ты пыталась склонить его к извинениям, длинною в твоё ожидание.
- (Твоё имя), успокойся, пожалуйста, - сдержанно попросил мужчина, несмотря на то, что внутри него кипело лёгкое раздражение. Но Кишо понимал, что твоя враждебность вполне оправдана, поэтому продолжал терпеть твои упрёки, позволяя выпустить пар. - Может, впустишь меня к себе домой? Разговаривать на улице не совсем удобно. Да и ты можешь простудиться.
- Что это? - ты приподняла бровь в напускном удивлении, криво усмехнувшись, и покорно отошла в сторону, пуская гостя внутрь. - Забота такая что ли? Я вроде бы не Сасаки, чтобы заслужить снисхождение самого Бога смерти.
Арима не сдержался от добродушного смешка, вызванного твоим ребяческим поведением. Он подошёл вплотную к твоей персоне, скрестившей руки на груди, отчаянно пытающейся не смотреть на него, и положил руку на твою макушку, по-отцовски погладив волосы широкой ладонью.
- Тебе не нужно быть Хайсе, чтобы заслужить моё снисхождение. Я всегда хорошо относился к тебе, (Твоё имя). И Хайсе не изменит моего отношения к тебе, сколько бы я не проводил с ним времени.
Вопреки тому, что ты пыталась строить из себя кусок льда, ты мгновенно растаяла и почти сразу же ответила на его ласку благоговейным и смущённым взглядом. Арима смотрел на тебя, как на дитя, но ты не находила в себе сил возмутиться по этому поводу или разозлиться на него. Прикосновение было коротким и невинным, но этого вполне хватило, чтобы мысли в голове спутались и заставили разум притупиться, оставив в голове лишь одну фразу-желание: "Хочу ещё...". Ты винила себя в том, что так легко поддаёшься на ласку мужчины, когда тебе стоило бы обидеться на него, но ничего не могла с собой поделать - организм, принимающий без всякой гордости его почти ничего незначащие прикосновения, предательски действовал против тебя.

...Ты глубоко вдохнула и сжала кулаки, впервые почувствов яростное волнение и попытавшись тут же с ним совладать. Тебе были раньше чужды подобные чувства, вместе с тем ты страшилась их, думая о том, что с ними ты бы чувствовала себя обнажённой, слабой и совсем уязвимой. Но только не в этот момент; подобные ощущения вызвали у тебя трепетную дрожь, прокатившуюся приятной волной по телу, ведь с Аримой ты чувствовала себя в безопасности, тебе нечего было бояться и страшиться, что он может воспользоваться твоей слабостью. Несмотря на дрожь и волнительное покусывание губ, твоя персона была настроена серьёзно. Возможно, то было влияние алкоголя, окончательно раскрепостившего тебя перед предметом воздыхания, либо подоспевшее время, знаменующее о том, что тебе пора раскрыть свои чувства перед Кишо. Прошло уже несколько часов, после которых гости изрядно выпили и уснули, и ты не стала исключением. Теперь, когда путь к возлюбленному свободен, пришла пора действовать.
- Ну как я Вам, Арима-сан? - выпалила ты отрепетированную речь, выйдя из-за ширмы. Ты демонстративно покружилась перед ним, и без того короткое платье высоко задралось, обнажив часть бедра.
- Слишком откровенно, - прямолинейно заявил следователь особого класса, смягчённо добавив: - Тебе стоит одевать более скромные наряды, (Твоё имя), иначе ты навлечёшь на себя беду.
- Я не нравлюсь Вам? - не обратив внимания на его последние слова, с долей обиды спросила ты, нервно теребя подол платья.
- Ты красива, - только и ответил без особых эмоций мужчина, как на автомате, будто желая удовлетворить твои потребности, а не высказать своё мнение.
- Как бабочка? - ты растянула губы в полупьяно-кокетливо­й улыбке и наклонила голову, представляя себя знойной соблазнительницей, искушённой в любовных утехах и обольщении, надеясь застать Кишо врасплох.
- Бабочка? - он недоумённо посмотрел в твои глаза, укутанные пеленой, и нервно хмыкнул. Твой вид не внушал доверия, а слова, опутанные неумелыми чарами, и вовсе напрягали Кишо.
Ты, несмотря на пошатывающуюся походку, старалась держать ровную осанку и проявлять изящность в движениях. Серьёзный настрой и непоколебимая решительность принесли свои плоды: твоя светлость, удачно огибая стоящие перед собой препятствия, смогла буквально вспорхнуть до седоволосого следователя и прильнуть к его груди.
- Вам ведь нравятся бабочки, да? Я видела, как Вы завороженно наблюдаете за ними. Хотела бы и я побыть бабочкой, чтобы почувствовать на себе этот взгляд... Я бы порхала, порхала и порхала над полем, пока Вам бы не надоело смотреть на меня. А, быть может, даже осмелилась бы сесть Вам на руку. Я бы сидела на Вашей тёплой ладони и умиротворённо бы махала крылышками, наслаждаясь Вашим взглядом. Я бы даже не обиделась, если бы Вы потом раздавили меня или оторвали крыло... Я бы умерла, зная, что перед этим принесла Вам эстетическое наслаждение, пока Вы любовались мной, - бормотала ты в опьянённом бреду, не разбирая смысл своих слов, всё крепче прижимаясь к Ариме, будто желая раствориться в нём.
- Не говори ерунды, (Твоё имя), - холоднокровно оборвал тебя мужчина и, взяв тебя за плечи, негрубо отдёрнул от себя. - Ты пьяна и не понимаешь, что говоришь. Лучше ложись спать, пока не стало хуже.
- Мне уже плохо, - нахмурившись, сказала ты, в ту же секунду сменив угрюмость на расслабленно-нежную­улыбку. - Плохо от того, как хорошо. Потому что Вы рядом. А ещё Вы так вкусно пахнете... Можно Вас съесть?
Ты снова навалилась на мужчину, придавив его своим телом к подоконнику, и, поднявшись на цыпочки, прильнула к его шее, попытавшись слабо укусить его. Но Арима вовремя оттолкнул от себя твою персону.
- Ну зачеееем? - капризно протянула ты, пошатываясь обратно к нему, как к магниту. - Дайте мне покушать, Аримааа-сааан...
- Салаты внизу, (Твоё имя), - очередной холодный тон и очередная холоднокровная попытка оттолкнуть тебя от своего тела на безопасное расстояние.
- А я мяско хочууу... Дайте мне Вас нежно покусать! Каннибализм - как проявление своеобразной любви, - хохотнула ты, запрокинув назад голову, как безумец из лечебной клиники. - Ооо, тогда получается, что все гули на самом деле любят нас! А мы, дураки, кричим, как резанные, когда нас едят... Всё же с любовью! А мы не понимаем их страстного порыва... Всё так просто! Надо всем рассказать, чтобы потом не убегали с воплями от гулей, когда те захотят признаться им в любви!
Воодушевившись своей идеей, ты сама отпрянула от Аримы и, глупо хихикая, неуклюже поплелась на нижний этаж. Но в голову будто внезапно ударило что-то тяжёлое размером с молот и ты, покачнувшись, полетела с воплем, напоминающим больше мышыный писк, на пол, пока тебя не подхватили за талию чужие руки.
- Ой-ой-ой... Живот! - застонала ты, чувствуя, как рука Кишо, обвившая твоё тело, непроизвольно сдавила желудок. Он убрал руку, поставив тебя снова на ноги, но ты ещё раз пошатнулась от головокружения и вновь упала в объятья Кишо. - Ммм, так тепло и уютно, как в кроватке... А Вы и вправду садист, Арима-сан, мне было так больно. Но кроватка из Вас хорошая... Можно я забронирую Вас на ночь? Обещаю сдерживать рвотные позывы, а если не сдержу, то обещаю, что не на лицо. А ещё Вы... Вы такой козёл, Арима-сан! - ты внезапно насупилась и легонько ударила его кулаком в грудь, вспоминая его всегда укоризненный взгляд платиновых глаз, остававшимися снисходительно холодными, даже когда ты пыталась улыбнуться ему. - Но знаете, я готова стать Вашей козой, готова простить Вам шашни с тем парнокопытным Хайсе, готова радостно скакать вместе с Вами по полям CCG... Ой, а о чём это я говорила минуту назад? Кажется, что-то про животных, ха-ха-ха... - ты блажённо рассмеялась и приблизилась к нему, опалив горячим дыханием его губы. Мужчина поморщился, почувствовав резкий запах перегара.
- Ложись спать, - тоном, не терпящим возражений и лишних вопросов, сказал хмуро Арима. Это был почти приказ, за нарушение которого обещало следовать жестокое наказание. Об этом будто строго твердил холод, сквозящий в его глазах, словно покрывшихся ледяной коркой.
Да, ты, пожалуй, могла сравнить его глаза с чем-то холодным. Со льдом, который охлаждал и одновременно болезненно обжигал, вызывая не то страх, не то приятный спазм по телу. Он, по-прежнему придерживая тебя за талию, вёл тебя к раскладному дивану. Буквально тащил, потому что ты, побеждённая слабостью, повисла на нём, прилипла, как банный лист, волоча ногами по полу, пока он не усадил тебя на мягкую обивку. Твоя персона с нелепым смехом взмахнула руками, едва ли не задев его щёку, и быстро рухнула на подушку, что-то сонливо бурча себе под нос. Решив, что ты уже больше не встанешь, Кишо поторопился покинуть твою комнату, чтобы не навлечь на себя беду. Как только он повернулся, в его кисть внезапно вцепились чужие пальцы, а за спиной вспорхнул по-детски лукавый смех.
- Арима-сан, пай-детку полагается поцеловать на ночь.
Ему стало не по себе. В твоём голосе дрожала и прорывалась какая-то дразнящая нотка, и это ему не нравилось. Он и раньше заметил, что твои глаза блестят слишком лихорадочно, но ему не хотелось давать тебе повод для раздражения, который потом выльется в пресследование его персоны и ругани. Если последнее совершенно не волновало его, то о первом он беспокоился; ты была слишком пьяна, чтобы сделать нормально даже один шаг. Он был уверен, что если не выполнит твою прихоть, ты обязательно погонишься за ним в своей манере и скатишься с лестницы, свернув себе шею. И также был бы не удивлён, если бы ты как ни в чём не бывало встала, раскинула руки в стороны и сказала бы, что с тобой всё в порядке, продолжив осыпать его ругательствами и обвинениями, мол, что это он заставил тебя переломать себе конечности. Ты была слишком проблемной, чтобы от тебя было так легко отделаться. Арима желал всей душой и себе, и твоей персоне покоя, поэтому ему пришлось поддаться на твою уловку.
- Хорошо, я поцелую. А ты после этого сразу ляжешь спать.
- Если у меня будет хорошее настроение, то буду ещё и похрапывать для Вас колыбельную, - ты растянула губы в чересчур широкой улыбке. - А Вы придёте ко мне в сон? Можете сразу в пошлый...
- Замолчи, пожалуйста, - Арима прикрыл глаза, пытаясь обуздать внутреннее раздражение.
- Как скажите, босс. Только подарите мне всё же на прощание поцелуй, - настояла ты, ведя указательным пальцем по подушке, почти осмысленным и очарованным взглядом рассматривая лицо Бога смерти.
По внезапно наступившей тишине Арима понял, что ты затаила дыхание. Твои глаза были по-прежнему устремлены на него, голова неподвижно покоилась на подушке. Ты лежала не шелохнувшись, и только твой взгляд, не отрываясь, следил за ним и не отпускал его.
"Только бы она не выкинула свои фокусы" - думал про себя Кишо с возрастающим чувством неловкости. Быстро нагнувшись, он слегка, почти невесомо дотронулся губами до твоего лба, ощутив на миг смутный цветочный аромат волос. Но тут твои руки, выжидающе лежавшие на вершине подушки, взметнулись и, прежде чем он успел уклониться, крепко обхватили его голову. Страстным порывистым движением ты притянула его к своему лицу, приоткрыв рот для долгожданного поцелуя. Ощутив на губах нечто гладкое, мягкое и тёплое, ты распахнула глаза, надеясь запечатлеть перед собой лицо возлюбленного. Перед тобой действительно оказался его лик: такой же прекрасный в свете луны, как и за столом, когда он слабо улыбался своим коллегам. Но он был далёк от тебя. На твоих губах оказалась его ладонь, остановившая тебя от соприкосновения с его устами. Ты, протрезвев на секунду, задрожала, ощутив укол стыда от неловкой ситуации. В его испытывающем взгляде сквозили удивление и тревога, но не порицание и отвращение, какое ты ожидала увидеть.
- Что ты делаешь, (Твоё имя)? - каким-то сочувствующим, тихим и грустным голосом спросил он.
- А на что это похоже? - бесцветным голосом задалась ответным вопросом ты. В твоём взгляде сквозила осмысленная решимость, которую Арима не сумел спутать с влиянием алкоголя. - Склоняю Вас к разврату, Арима-сан.
Понукаемая желанием, ты быстро приняла сидячее положение и снова потянулась к Кишо, пытаясь сломить его сопротивления. Но мужчина, ожидая подобного выпада, снова остановил тебя одним движением рук, уперевшихся в твои плечи.
- Не совершай ошибок, - серьёзным тоном сказал он. Таким тоном обычно говорят обеспокоенные родители или заботливые друзья. Ты поёжилась от его голоса. Твоя персона твёрдо знала, что делает всё правильно.
- Не мешайте мне совершать их, это моя жизнь.
Ты перехватила его руки, лежащие на твоих плечах, и резко потянула его на себя. Арима готов был признать, что твоя сила увеличилась в разы. Ваша борьба походила на несерьёзную перепалку брата и сестры в перетягивании какой-либо вещи. Он мог бы спокойно сопротивляться и дальше, но ты применила хитрую уловку: подставила ему подножку, из-за чего тот покачнулся, невольно усевшись на диван. Воспользовавшись моментом, ты встала со своего места и, уперев руки в грудь Аримы, который поспешил подняться на ноги, грубо усадила его обратно, применив всю свою физическую силу на нём, и вероломно оседлала его колени.
- Слезь, - потребовал он сдержанным голосом, несмотря на то, что эта ситуации требовала грубости. Он по-прежнему оставался спокойным и холоднокровным, по-прежнему испытующе смотрел в твои пьяные глаза, чувствуя лишь внутренний дискомфорт.
- Неа, - к твоему голосу снова вернулись беззаботно-игривые нотки, когда ты ощутила вкус маленькой победы над ним. - Платите натурой.
- Прекрати. Ты пьяна и отвратительно себя ведёшь. Что о тебе подумают другие следователи, узнав, что ты тут устроила?
- Мне не важно их мнение, - ты отрицательно замотала головой и громко фыркнула, демонстрируя глубокое безразличие по отношению к другим личностям. Никто не волновал тебя, кроме Кишо. Ты откинула в сторону волосы, ниспадающие на плечах, обнажив шею, и запрокинула её, будто предлагая ему всю себя без остатка. Мимолётный соблазняющий манёвр был сменён твоим приближением к его напряжённому лицу. Ты томно выдохнула следующие слова ему в губы: - Важно только Ваше, Арима-сан. Я же... я же люблю Вас...
Ты внезапно начала трястись: веселье было сменено неожиданной грустью. Ты хоть и удачно позиционировала себя довольно самостоятельной и не лишённой характера личностью, всё больше представлялась ему хрупким созданием, нуждающимся в опеке и заботе. Ты походила на экзотический цветок, который внезапно оказался в суровых климатических условиях, не щадящих слабых и неприспособленных. Со слезами на глазах ты казалась ему невероятно слабой и нежной, отчего ему, пропитавшись жалостью к тебе, захотелось защитить твою личность от жестокого мира, уберечь остатки твоей глубинной невинности и хрупкости. Кишо буквально физически ощущал, как возникнувшее желание подчасту сметало его хвалённую выдержку и толкает к действию, заведомо обрекающего его на дальнейшую неопределённость в ваших отношениях. Он не хотел отвечать тебе взаимностью, потому что знал, что это счастье продлится совсем недолго. Он не хотел наблюдать с неба за твоими бесконечными рыданиями. Но...
- Хорошо. Мы проведём с тобой эту единственую ночь вместе, но только с одним условием: ты забудешь обо мне. Больше не будешь бегать и просить о любви. Забудешь всё так, будто между нами ничего никогда не было, и только тогда я выполню твоё желание.
И плевать. Хотелось наплевать на дальнейшие последствия, потому что пока он был рядом с тобой, ничего больше не имело значение. Ты жила сегодняшними минутами, а о туманном будущем не хотела думать, как если бы следователь особого класса не говорил тебе таких жестоких слов, от которых сердце облилось кровью.
- Я согласна, - заколдованно шепчешь ты и, боясь потратить хоть одну секунду на бесполезные разговоры, захваченно потянулась к его губам, повалив любимого мужчину на лопатки и нетерпеливо срывая с него рубашку, которая казалась особенно лишней в этом слиянии.
Неистово покрывая жаркими поцелуями его оголённую грудь, ты молила, чтобы сегодняшняя ночь никогда не заканчивалась.








Вчера — воскресенье, 9 декабря 2018 г.
сложно жить, легко умирать; teploe moloko. 04:51:06

Подробнее…грустен тот факт, что мы вновь и вновь ругаемся с тобой. в этом есть и твоя вина, тебе будто постоянно смешно от того, как я бешусь. а потом грустишь сам. у меня не все впорядке сейчас, ты прекрасно знаешь об этом. пожалуйста, не делай мне только хуже. я правда люблю тебя. да, я мудак последний и не всегда /постоянно/ поступаю плохо. но, прошу, отнесись ко мне с терпением и пониманием, нужно много времени, сил и терпения, чтобы это прошло. но если ты вдруг устанешь - скажи. я все пойму. только по настоящему сильный и любящий человек выдержит такой период своего любимого.
раздражает, что твои тиммейты тебя дизморалят по полной. никому это не нравится. а мне после матча становится стыдно за то, что я плохо отыграл на одном из своих мейнов. опять же грустно. не люблю эту игру только потому, что раньше она была действительно лучше, а сейчас баланса как такового нет вообще. с каждым пройгрышем все больше и больше не хочется возвращаться в эту игру. когда разработчики поймут, что нужно не скины клепать, а исправлять чертовы баги, вылеты, оптимизировать игру и сделать баланс? видимо, не скоро, если вообще никогда. угнетает.
(уже) сегодня предстоит много встреч, при чем совершенно неожиданных. когда, если не сегодня? по мне соскучились люди и хотят меня видеть. почему бы не потратить на них пару часов своего времени? это лучше, чем сидеть и впустую растрачивать свое время. это даже лучше, чем проигрывать катки из-за чертовой дизморали. померзну на улице, но зато пообщаюсь с людьми. может я хоть немного отвлекусь от всего дерьма, что происходит вокруг.
если получится - попробую поспать. главное проснуться через пару часов и не засыпать в автобусе. а остальное - не важно.
я опять слепо верю в то, что у меня все получится. не знаю почему. может быть, я просто хочу, чтобы у меня уже наконец стало все хорошо и меня перестало ломать.


спокойной ночи. люби себя.
­­
четверг, 6 декабря 2018 г.
... panda21 16:08:19
­­
Демон самоубийства
И кто, в избытке ощущений,
Когда кипит и стынет кровь,
Не ведал наших искушений,
Самоубийство и любовь!
Ф. Тютчев

Своей улыбкой, странно-длительной,­
Глубокой тенью черных глаз
Он часто, юноша пленительный,
Обворожает, скорбных, нас.

В ночном кафе, где электрический
Свет обличает и томит
Он речью, дьявольски-логическ­ой,
Вскрывает в жизни нашей стыд.

Он в вечер одинокий - вспомните,-
Когда глухие сны томят,
Как врач искусный в нашей комнате,
Нам подает в стакане яд.

Он в темный час, когда, как оводы,
Жужжат мечты про боль и ложь,
Нам шепчет роковые доводы
И в руку всовывает нож.

Он на мосту, где воды сонные
Бьют утомленно о быки,
Вздувает мысли потаенные
Мехами злобы и тоски.

В лесу, когда мы пьяны шорохом,
Листвы и запахом полян,
Шесть тонких гильз с бездымным порохом
Кладет он, молча, в барабан.

Он верный друг, он - принца датского
Твердит бессмертный монолог,
С упорностью участья братского,
Спокойно-нежен, тих и строг.

В его улыбке, странно-длительной,­
В глубокой тени черных глаз
Есть омут тайны соблазнительной,
Властительно влекущей нас...

Валерий Брюсов. Стихотворения и поэмы.
Библиотека поэта. Большая серия.
Ленинград: Советский писатель, 1961.
среда, 5 декабря 2018 г.
сценарий моего будущего фильмеца. Akkie Crystal 21:23:58
ну, чтож, несмотря на то, что Богдан отказался летом сниматься в этом фильме, я не остановилась и фильм всё-таки добью. с лета в сценарий были внесены некоторые небольшие изменения, из-за чего мне он стал нравится больше. да и позиционирую его я теперь более серьезно, нежели раньше. наслаждайтесь (нет) :
Подробнее…Позывной «Бульбе-Рад»
Действующие лица:
Богдан Бульбоносов
Геннадий Крокодильченко
Авдотья «Дуня» Петрова (Зухра Хачапурян)
Лидия Травкина
Аллеоннина-Иван фон Шлампе
Стефания Попсач

Сцена 0. Слайд-шоу из фотографий, где показано, какие проблемы решает Богдан. Их же он и создает.
Автор: Думай перед тем, как своровать хубу-бубу из ларька… Ведь кем бы ты ни был – директором местной пятерочки или просто белорусским образованным местным жителем, тебя все равно настигнет ОН… Богдан Бульбоносов, или как его еще называют… Позывной «Бульбе-Рад».
Сцена 1. Детство.

Автор: Еще с детства Богдан показывал, кто тут всем рулит. Именно таким образом он и познакомился со своим напарником Геннадием Крокодильченко.
Сцена с качелей.
Богдан: Слушай, а ты точно не Чебурашка? А то для Гены ты маловат, ха-ха!
Сцена 2. Новое дело.
Богдан: Объявляю это дело закрытым.
Геннадий: Я же говорил, что это лиса съела всех куриц у бабы Люды, а не воры.
Б: Я так и думал тоже, хотел тебя проверить.
Работица1: Богдан, с места преступления пропал труп!
Б: Да ладно, бывает.
Работница2: Богдан, с места преступления пропал труп!
Б: Странно это…
Работница3: Богдан, с места преступления пропал труп!
Б: Хм-м…. /фишка с задумчивостью/
Сцена 3. Богдан дома. Пьет самогонку, Дуня чай.
Дуня: Дорогой, я тебе не говорила, но я решила запустить свою линию косметики. Она будет называться «Дуня Косметикс».
Б: Кому нужна косметика, когда есть самогон? Ха-ха. Мой любимый, кстати, Володькин!
Д: Опять твои шуточки.
Пришел Геннадий.
Г: Богдан, привет. Кто это с тобой?
Б: Привет, Чебурашка, ха-ха-ха! Это моя будущая жена – Дуня Петрова. Помнишь, я тебе о ней рассказывал… Я всегда хотел в жены чистую славянку!
Г: Да, славянку… Э-э, Богдан, у нас с тобой дела, пошли.
Б: Ладно, пошли. Посылает воздушный поцелуй Дуне, та отвращается.
Сцена 4. Богдан и Гена идут к месту преступления, там сидит Лида и нюхает траву.
Б: Это выглядит подозрительно… /думает/ Чем это ты тут занимаешься, гражданочка?!
Л: Если ты кому-то расскажешь, то я тебе бошку расшибу! Приставила пистолет к голове Богдана. Он заломал ее и повел в участок.
Г: Я не думаю, что это она.
Б: Я знаю, что делаю. От тебя ни помощи, ни поддержки! Принеси мне чаю хотя бы, что-ли, хоть какой-то от тебя прок будет…
Гена уходит.
Б: Ну, что, расс…
Л: Трава не моя, мне подкинули!
Б: Какая трава? О чём вы? Стоп… А что у вас это в сумочке?
Л: В какой сумочке? Бросает сумку в лицо Гене, который возвращался в кабинет.
Г: Вот в этой!
Б: А ну-ка, посмотрим… Открывает сумку, там зеленая трава Трава? Серьезно?
Л: Это мое личное дело!
Г: Я же говорил…
Б: Я это знал! Значит, украл кто-то другой. Думает

Сцена 5. Богдан и Гена идут на работу, видят Дуню, которая тащит большой черный пакет.
Г: О, смотри, там идет твоя Дуня! Но… Что она там тащит?
Б: Да так, мусор, наверное, выносит.
Г: В дом?!
Б: Ну, вдруг ей нужно!
Г: Богдан. Она тащит домой. Большой. Черный. Пакет!
Б: И что?
Г: Он шевелится!
Б: Ну в нашей деревне и не такое было.
Г: Что-то тут не так… думает
Б: Нет, это моя фишка! Толкает, думает
Сцена 6. Идут ко второму трупу. Там сидит Алёна и делает селфи.
Б: Посмотри. Может, это она трупы ворует? Думает
М: Сомневаюсь…
Б: Гражданочка! Ваше имя?
Т: Аллеоннина-Иван фон Шлампе, это в честь папиной любовницы Алёны и сына маминой подруги. Фамилия – это род профессии моей бабушки, она сказала, что это секретарь на немецком.
Г: ОленИна?
А: Нет! Ну вы чё, совсем меня за дуру держите? Запишите: А-л-л-е-о-н-н-и-на. Вам автограф, к слову, дать? Если да, то где? А то есть всякие… Букв «н» и «л» по две штучки, не забудьте…
Б: Так, вы тут не распоясытесь… рас-по.. Распоясоя… Короче, не делайте мне нервы. Пройдёмте в участок.
В участке. Алёна сидит напротив Богдана, снимает себя на камеру телефона.
А: Всем привет, дорогие подписчики! С вами я, Аллеонниночуська-1993-нижнее подчеркивание! Сегодня я снимаю видео из полицейского участка. И нет, на этот раз снова не за вождение в нетрезвом состоянии, а за… Извините, а за что я тут?
Б: Алёна, слушайте…
А: Аллеоннина, попрошу!
Б: Хорошо, Аллеоннина! Вы подозреваетесь в краже трупов…
А: Ребята, вы слышали? Ставьте лайк, если жиза! Со мной сегодня… Вас как зовут, пардон?
Б: Выбирайте выражения, пожалуйста. Бульбоносов. Богдан Бульбоносов.
А: Класс! Снято. Давай сделаем селфач. Делают селфи Ой, ты тут моргнул…
Б: А-А-А!!! Очень злится, встаёт из-за стола.
А: Ребята, сейчас будет бокс, просто эпик-пэпик! Хорошо, что мой папик научил меня фунг-ку. Мальчик, поснимай, пожалуйста. Дает телефон Гене. В попытках ударить Богдана попадает в себя. Ау-у-у! Снято… Забирает телефон, звонит Лидии. Алло, Лидочка? Привет, привезешь ствол? Спасибо. Цём!
Лида приезжает с двумя стволами дерева.
А: (тихо) Я же просила ствол в смысле пистолет!
Л: (тихо) Надо было уточнять! (Громко) Не на ту напал, фраерок!
Начинается драка:
- перестрелка со ствола -> матрица возле качели(?) -> медуза
- драка в слоумоушене -> Лида в челюсть, Богдан в щеку, Лида пощечину, Богдан рыдает -> в нормальной скорости как девочкт
- Богдан ударил в бок, Лида отклонилась, Богдан в другой бок, Лида отклонилась -> Свиш-свиш-биш
А: снимая на камеру Ребята, это просто эпик-пэпик!
Г: устало Мне кажется, что нам нужна не она…
Б: Мне тоже…

Сцена 7. Богдан и Гена сидят на работе, Гена читает газету, Богдан думает.
Г: Слушай, тут пишут, что нашего пса Хумтара кто-то на шаурму пустил.
Б: Опять желтуху читаешь? Там писали когда-то, что я в поисках этого… Паши, который под Папика переименовался, помнишь такого? Так вот, писали, мол я его гараж поджег.
Г: Но ведь ты тогда правда поджег его гараж. Ты еще тогда на все село как заорал: «гори, с…»
Б: Всё было по-другому… Э-э, точнее, такого не было… Ладно, забыли.
Г: Ага. Интересно, кто такие статьи пишет?
Пришла Лида.
Л: Это я шаурму ела и унюхала. Рассказала Вике, Вика Веронике, Вероника Вере, Вера Лере, Лера… Ну, в общем, это дошло до тёть Капиталины Иосифовны, а она, будучи настоящей социалисткой, кончено же, абсолютно не написала, так сказать, донос. Так материал и появился в газете.
Б: Ты что, собака что-ли? С таким-то нюхом? От Хумтарчика, земля ему пухом, переняла?
Л: Это из-за травы у меня нюх хороший развился! Правда, есть и недостатки: когда дядя Слава в очередной раз прятал в подвале людские останки, приходилось нелегко. Это как-то не православно, мог бы хотя бы духами их пшикать, что-ли…
Г: Богдан, тебе не кажется…
Б: Раз у тебя такой нюх, может, будешь вместо нашего Хумтара? Ха-ха!
Л: Хорошо, только с вас самогон и трава.
Б: думает ладно. Договорились.
Сцена 8.
Богдан и Гена идут на работу.
Г: Слушай, у меня есть одна мысль по поводу дела с трупами…
Б: Да, слушаю?
Г: В общем… в слоу-мо Сто-ой! Не-ет!
Впереди с черным пакетом и бананом шла Дуня. Увидев их, она аккуратно сложила кожуру от банана на пол и убежала. Богдан подскальзывается, Гена подкладывает под него мат(?).
Г: Вот!!! Ты видел?! Видел?! Там Дуня!!
Б: Где? Там никого нет! Зато кто-то сидит возле места преступления.
Гена делает движение «рука-лицо». Богдан думает.
Сцена 9. Богдан и Гена идут далее и видят Стефанию. Она сидит на асфальте, рисует мелками и слушает музыку, что-то по типу Элджея.
Б: Может быть, это она?.. Такую музыку только уголовники слушают какие-то.
Г: Конечно, с музыкой я согласен, но если подумать, я сомневаюсь… Ей на вид лет девять…
Б: Да, это она… Эй, девочка! Да, ты! Вас беспокоит полиция. Пройдемте в участок!
В участке.
С: Здесь так красиво, я перестаю дышать…
Б: Может, вам доктора? Вы задыхаетесь?
Г: Скорее психиатра…
Б: Представьтесь, пожалуйста.
С: Любой, кто не знает меня - это серьезно, а когда узнает - для него уже будет поздно! Жорик – Это Жорик
Б: Я имел ввиду имя.
С: Стефа – моё имя знают стены! Стефа – мой час пришёл выйти на сцену!
Б: Хорошо, Стефания, верно?… Так… Где вы были в пятницу вечером?
С: Кидала деньги в сауну – баксы в баню. Мешала ментос с колой, пш-пш, по приколу…
Б: Ладно… А чем это вы на месте преступления занимались?
С: нервно Пять минут назад я рисовала мелом, твои рисунки трупов это просто мерзость…
Б: Хватит!!!
С: Не говори мне хватит, снимай свое платье…!
Б: Девушка, не заставляйте меня применить грубую силу!
У: Ты готов услышать нет?
Начинается мортал комбат. Богдан размахивается, Стефания присела. Далее скибиди-баттл.
С: ультразвуком Мы попали в топ-топ-топ, делайте руками хлоп-хлоп-хлоп!
С каждым хлопком Богдан падает. Потом наносит ответный удар песней «Du hast». Она изгибается. Прыгает на гироборд, где танцует под песню «Е, бой». Она объезжает его, бьёт дэбами, он прогибается. Finish him: она наступает ему на ногу. Он падает. Стефа винс!
С: Е, бой! Делает дэб
Б: Э-это точно не она…
М: У меня есть мысль…
Б: Цыц! Думает
Сцена 10. Богдан и Гена сидят в кабинете.
Б: Так… У нас закончились все возможные версии…
Г: Ты уверен?
Б: У нас в селе живет 27 с половиной человек, о чем речь?!
М: Может, твою Дуню проверим?
Б: Ты что, совсем офигел?! Моя Дуня – самая святая из всех святых! Она лично с виделась с мером нашего села!
Г: Но я бы проверил…
Б: Ладно… Но только ради эксперимента! Позовем Лидку, она нанюхает
Сцена 11. Парни пришли к Дуне, сзади Лида, её не видно.
Д: Дорогой, ты как раз вовремя! Я сделала первую помаду! Она называется «зрелый баклажан»! К слову, я хотела, чтоб ты профинансировал мой…
Б: Да, да, круто… А можно… понюхать?
Д: Эм-м… Зачем?
Б: Очень надо.
Д: Л-ладно…
Лида вышла, понюхала, и от шока потеряла дар речи. Смогла только сказать на ухо Гене. Гена только собирается сказать, как Богдан его останавливает.
Б: Нет, я хочу угадать! Я же детектив, ха-ха! Нюхает Та-ак… Это пахнет как тележка? Отрицательно машут голвой Температура!!! Отрицают Тр… Тр… Трактор! Показывают крестик руками Тра… Тре… Тру… Тру-у… Труба! Крутят руками тру… Тру…п! Труп! Тру-уп! Я угадал! Кто молодец? Я молодец! Стоп… Дуня, это что, ты трупы воровала?
Д: Ну да, а что? Я спрашивала у тебя, могу ли взять, ты молчал, а молчание – знак согласия.
Б: И то верно… Но в качестве наказания я оформлю на тебя кредит – я давно хотел купить тот самый чайник за сто рублей… Но нужен твой паспорт!
Д: А… а у меня нет паспорта.
М: А это что? Паспорт выпал откуда-то.
Д: А… Я не знаю…
Б: читает Так ты не Дуня Петрова, а Зухра Хачапурян?!
Д: Может, как-то договоримся? Я твоя будущая жена, все-таки.
Б: То, что я детектив, ничего не значит! И вообще, мы разводимся.
Д: Мы и не женились еще, ну да ладно… А знаешь, что? А… а я залетела! Вот!
Б: Ага, залетела обратно в Туркменистан, ха-ха! Только сначала ты мне за это все заплатишь
Д: Натурой?
Б: Нет, чайником!
Д: Но у меня нет таких денег…
Б: Пойдешь к бабе Люде куриц охранять.
Д: Только не это!
Р1: Богдан, с места преступления… кхем… кто-то украл бутылку самогона из пятерочки!
Б: Хм-м! Думает
Конец

— 180 — Olivia Nell 20:07:52

незабудк­и плачут в темноте


Неожиданно увидела кошмар, пока прикорнула вечерком передохнуть.
Я не страдаю отсутствием снов, они — огромная, неотъемлемая часть моей жизни. Не перечислить, сколько эмоций они забрали и сколько всего мне подарили из того, что я до сих пор люблю всем сердцем. Но в то же время бывает так, что они отнимают абсолютно всё — я просыпаюсь разбитой, уставшей, словно загнанная в клетку птица. На душе темно, видны лишь отголоски грёзных рыданий и страхов, мерещатся страхи, их длинные, призрачные тени, который порой вновь захватывают моё сознание.
Не могу сказать, что этот кошмар был таким же; периодически они возвращаются, но не имеют надо мной той власти, чтобы пугать, заставлять что-то чувствовать, откликаться. Но в этот раз я откликалась. Сердце дрогнуло от страха, в душе селилась глубокая тревога, которую я иногда до сих пор чувствую в груди вместе с неспокойным органом. Я помню кровь, собственную постель, — не тот кривоватый диван, на котором сплю в городе, — с детскими розоватыми простынями и наволочками. Я помню худую, страшно облезлую кошку, каких-то существ и шёпот, пробирающий до костей. Ответы, строчки, стихотворения и пророчества. Смешанные картины, одно и то же место, и снова шёпот.
А потом я словно проснулась. Исчезло всё, переменилась обстановка: длинный коридор, который почему-то казался знакомым. Я шла и размышляла о том, почему же увидела этот кошмар, почему же слышала шёпот этого существа и было ли это правдой.
Последнее воспоминание — снова шёпот.

Открывала глаза с трудом, хотелось обратно, увидеть, понять, что же произошло и зачем я в Аду. Хотелось закопаться в покрывало, свернуться на узком диване и забыться.
На удивление, я чувствую себя нормально. Словно кошмар и не был кошмаром. Странное ощущение лишь оседает на грудной клетке. Заставляет задумываться, теряться в мыслях.
Усталость напоминает о себе даже в грёзах, эх.

Категории: О снах, Бархат лепестков стойкий, Вьюнок лёгкий